Культура

Мир взрослых глазами ребенка: Vesti.ua публикуют эксклюзивный фрагмент «Сказки Бродячих Туманов»

Мир взрослых глазами ребенка: Vesti.ua публикуют эксклюзивный фрагмент "Сказки Бродячих Туманов"

Миссия сказки — вернуть веру в добро

«Найти намного проще, чем потерять. И помнить гораздо проще, чем забыть», — говорит маленькой Лизе дедушка, которого она встретила на лавочке в парке. Лиза путешествует сквозь Миры и Межмирья ради спасения мамы, которую когда-то увезли в больницу. На своем пути Лиза встречает Воздушных и Земляных Дельфинов, чудовищную Рвань, забавного Изнаночника, зловещего Акрида, чудесного Садовника и даже некого Мастера, способного починить все на свете. Все это описано в книге «Сказки Бродячих Туманов» сценариста и автора детских шоу-спектаклей Олега Верецкого. Эксклюзивный отрывок сказки Vesti.ua предоставило издательство издательство книжного продюсера Елены Лазуткиной «Lazutkina Publishing House».

Мир взрослых глазами ребенка

В этой сказке Олег Верецкий прежде всего хотел показать мир взрослых глазами ребенка, используя для этого всем понятные сказочные образы. Благодаря этому подходу, книга интересна как детям, так и взрослым. Каждый возраст в произведении имеет свои смыслы и ценности. 

Для детей это увлекательная история о добре и зле, дружбе и взаимовыручке, трогательном отношении к родителям. 

«Главным героем истории была выбрана маленькая девочка, видящая мир таким, каков он есть, в ярких красках. Испытывающая яркие и искренние эмоции. Задающая смешные вопросы, чтобы узнать смысл незнакомых слов. История захватывает совсем небольшой временной промежуток, но за это время Лиза многому учится. Тем самым я хотел напомнить взрослым о том, что наши дети все хватают на лету, и только от нас зависит, чего они нахватаются», — говорит Олег Верецкий.

Для взрослых это прекрасная возможность вспомнить, каково смотреть на мир глазами ребенка. В диалогах и описанных образах можно рассмотреть целый том философских мыслей о ценности и смысле существования всех живых существ во Вселенной, а также о важности не потерять самого себя на любом из выбранных путей.

Миссия сказки — вернуть веру в добро

Сказка пестрит парадом сказочных существ, которых не существует в реальной жизни. Диковинные создания с волшебными способностями, но ни одна из них не проявляется просто так, ради сюжета. Все они несут в себе особенные смыслы.

«Миссия Сказки — вернуть веру в добро. В то, что такие понятия, как дружба и ответственность не ушли в прошлое. В то, что из самого трудного положения всегда есть выход, и он находится всегда вовремя. Я хочу никогда не слышать фразу, которая преследовала меня и многих моих друзей детства: «Хватит фантазировать!», — говорит автор.

«Сказки Бродячих Туманов» — первая часть трилогии, каждая часть которой является вполне законченной историей, но через каждую из них тянется общий сквозной сюжет. Вторая книга написана и уже иллюстрируется. Третья начинает выбираться из груды черновиков и нетерпеливо топчется на пороге. Стоимость «Сказки Бродячих Туманов» — 400 грн.

Эксклюзивный фрагмент «Сказки Бродячих Туманов»

Глава-1

«Шкатулка»

Шкатулка была мокрой и грязной. И казалась даже сломанной. По крайней мере, балерина, вырезанная из слоновой кости неведомым мастером, как-то опасно клонилась влево, словно изо всех сил стараясь не свалиться с позолоченной крышки. 

А еще в замочке не хватало ключика.

Эту деталь Лиза сразу заприметила.

— Как же она заиграет без ключика? — вслух спросила девочка.

— Она не заиграет и с ключиком, — лукаво улыбнулся высокий старик в старом черном пальто.

— Почему? — нельзя сказать, что Лизу интересовал этот вопрос, но не спросить она не могла.

— Что-то сломалось в этой шкатулке, — старик присел на лавочку.

— Как у мамы? — Лиза нахмурилась.

— А что сломалось у мамы?

— Я не знаю, — девочка пожала плечами. — Только так сказал дядя доктор. А потом маму увезли в больницу. Давно уже. Очень давно.

— Это грустно, — старик смахнул капли недавно прошедшего дождя с деревянной поверхности скамьи. — Присаживайся, малышка, не бойся.

— А я не боюсь, — Лиза вскарабкалась на лавочку и удобно расположилась так, чтобы можно было легко дотянуться до шкатулки. Если, конечно, этот улыбающийся дедушка позволит прикоснуться к заветной коробочке. Потому что без позволения трогать чужое нельзя. Так учила мама.

— Ты, наверное, очень храбрая девочка, — добродушно хмыкнул старик, и его клочковатые усы смешно затопорщились.

— Конечно, — кивнула Лиза. — Я даже не боюсь гулять во дворе одна.

— Но ведь уже довольно поздно, — старик напустил на себя серьезный вид. — Взрослые будут волноваться.

— Не будут, — девочка вздохнула. Совсем по-взрослому. — С тех пор, как маму увезли, меня вообще не замечают. Только кормят и водят в школу.

— А ты уже ходишь в школу?

— Конечно. И уже даже не в первый класс!

— Ого! Ты и вправду взрослая, — брови старика шевелились в такт словам, и это ужасно смешило Лизу. Но она не смеялась. Потому что нельзя ни над кем смеяться. Так учила мама.

— Дедушка, а как тебя зовут? — неожиданно для себя самой спросила девочка.

— Джонатан.

— Таких имен не бывает, — Лиза искоса взглянула на старика.

— Бывают еще и не такие. Есть имена длинные и короткие, обычные и странные. Кому какое достанется, тот с таким и ходит всю жизнь.

— А меня зовут Лиза. Мне это имя не досталось. Это имя специально для меня придумали родители.

— Правда?

— Правда. Они долго думали, спорили, топали ногами…

— А ногами-то зачем топать?

— Надо! — веско сказала Лиза. — Если не топнешь ногой, то все подумают, что ты говоришь несерьезно.

— Это как?

— Ну… понарошку.

— А… понятно.

— Дедушка Джонатан, а ты когда-нибудь топал ногами на кого-то?

— Нет, что ты! Я очень мирный человек. И считаю, что можно прийти к согласию, не топая никакими ногами.

— Никакими? Ну, конечно. Только своими. Чужими ногами топать нельзя, они же чужие. А чужое трогать без спросу нельзя.

Дедушка Джонатан рассмеялся. Его смех был негромким, суховатым, но очень теплым.

— Вот мы и подошли к главному вопросу нашей беседы, — наконец, сказал он.

— Какому?

— Ты, наверное, хочешь попросить у меня разрешения рассмотреть поближе эту музыкальную шкатулку. И, может, даже взять ее в руки. Так?

— А можно? — с напускным равнодушием спросила Лиза, но лучик надежды заплясал в ее больших глазах.

— Не знаю.

— Как это? — опешила девочка.

— Открою тебе большую тайну, — старик быстро огляделся по сторонам. — Дело в том, что эта шкатулка — не моя.

— А чья?

— Не знаю.

— Ее кто-то потерял?

— Или забыл, — дедушка Джонатан многозначительно поднял вверх указательный палец.

— Значит, потерял.

— Забытая вещь не всегда является потерянной. Быть может, эту шкатулку забыли здесь специально?

— Как можно специально забыть? Специально можно только оставить.

— Можно и забыть, и оставить, и потерять. Специально. Ты уж поверь мне, как крупному специалисту в этом вопросе.  Видишь ли, я занимаюсь тем, что специально теряю вещи.

— Они тебе не нужны?

— Нет, Лиза, ты не поняла. Я теряю чужие вещи. Мои мне пока еще нужны.

— Я не понимаю, — Лиза наморщила лобик, изо всех сил стараясь понять странные слова старика. — Можно взять чужое… Спросив разрешения, конечно. Но как можно потерять чужое?

— Ко мне приходят разные люди. Иногда — не только люди. И просят потерять ту или иную вещь. Я помогаю им в этом непростом деле.

— Очень! Очень непросто! Для этого нужны специальные навыки.

— И они у тебя есть?

— Что именно?

— Ну, навыки эти.

— Есть, конечно. У меня даже есть документ, подтверждающий мою квалификацию.

— А что такое КВАКлификация?

— Квалификация, — поправил ее дедушка Джонатан. — Это степень годности. Можно сказать, уровень подготовленности.

— А ты годен?

— Конечно!

— И подготовлен?

— В высшей степени!

— Тогда ладно. Можешь терять на здоровье.

Они посмотрели друг другу в глаза и — расхохотались. Одновременно. Громко. Заливисто. Да так, что по пустому двору заплясало эхо. Оно отскакивало от стен, словно теннисный мячик, металось среди прикорнувших на ночь машин, прыгало по клумбам и рассыпалось тысячами звездных искр по мокрому асфальту.

А они смеялись. Долго-долго.

— Дедушка Джонатан, скажи, а если ты умеешь правильно терять вещи, то и находишь их запросто?

— Найти намного проще, чем потерять. И помнить гораздо проще, чем забыть, — глаза старика подернулись дымкой каких-то неведомых воспоминаний.

— А ты смог бы найти мою маму?

Дедушка Джонатан удивленно приподнял бровь.

— А разве она потерялась?

— Я думаю, да. Ее увезли в больницу, а она до сих пор не вернулась. Может, она заблудилась по дороге домой и потерялась? Я спрашивала у папы, но он только молчит и смотрит в сторону. Как-то раз он сказал, что не знает, когда вернется мама. Разве можно не знать таких простых вещей?

— Можно, Лиза. Простые вещи зачастую оказываются самыми сложными.

— Как это?

— Видишь ли, в сложных вещах можно легко заблудиться и заблудить окружающих. Сложные слова, сложные фразы путают собеседника. А вот простые вопросы требуют простых ответов. Это все равно, что играть в прятки в пустой комнате, где и укрыться негде. Здесь не спрячешься за умными рассуждениями, не схоронишься в чуланчике запутанных объяснений. Простые вещи всегда требуют правды. По-другому никак. Выхода два: сказать «не знаю» или промолчать.

— Значит, папа просто не хочет меня заблудить?

— Именно так. Он просто не знает, что тебе ответить.

— И мама не потерялась?

— Я этого не знаю.

Лиза хитро сощурилась.

— Ты так говоришь потому, что не хочешь меня заблудить?

— Нет, Лиза, я просто не знаю. Однако… Мне почему-то кажется, что эта шкатулка забыта кем-то здесь не случайно. Возможно, ее потеряли именно здесь только для того, чтобы ее нашла именно ты.

— Я?

— Именно ты, — повторил дедушка Джонатан.

Лиза осторожно пододвинулась к шкатулке и легонечко прикоснулась к ней. Балерина жалобно всхлипнула и качнулась влево.

— Осторожно, упадешь! — Лизе показалось, что балерина вот-вот свалится с крышки и больно ударится об асфальт. И все же хоть игрушка и балансировала на одной ноге, но сорваться вниз ей мешала стальная спица, которую Лиза заприметила только сейчас.

— Попробуй взять эту шкатулку в руки, — дедушка Джонатан поднялся на ноги.

Лиза аккуратно взялась за крышку.

— Она теплая! — с удивлением воскликнула девочка.

— Правда? Несмотря на то, что сейчас холодно и сыро?

— Да!

— Значит, она и правда была потеряна здесь именно для тебя. И тебе придется ее взять себе.

— Как это?

— Очень просто. Я хорошо разбираюсь в природе таких вещей. Они появляются на пути тогда, когда ты в этом больше всего нуждаешься. Остается лишь понять — как ее починить и что с ней потом следует делать.

 — А ее обязательно нужно чинить?

— Сломанные вещи всегда нужно чинить. Они все равно как больные люди. Если их не лечить, они умирают.

— А вещь может умереть?

— Умереть может все.

— Ладно, я придумаю, как ее починить. А что потом с ней делать?

— Это тоже тебе предстоит понять. И когда поймешь, то вопросов у тебя не останется.

— А куда они денутся?

— Потеряются, — серьезно ответил старик.

Лиза ухватилась за шкатулку обеими руками и подняла ее со скамьи. Шкатулка была легкой, будто совсем ничего не весила. Не то, чтобы совсем ничего, но все же — очень мало.

— Дедушка Джонатан, — Лиза с трудом оторвала взгляд от балерины, — а с чего мне начать?

Но старик исчез. Только что был здесь, и — вдруг его не стало. Будто в тумане растворился.

Туман и правда густел с каждой минутой. За его густой пеленой скрылись стены домов и въездные ворота. С трудом различались контуры детских качелей. Сумерки попытались окрасить белесые клочья в темные оттенки, но молочные пряди нет-нет, да и проявлялись то здесь, то там. Зажглись фонари, но с этого расстояния они казались не более чем мутными пятнами света.

Лиза прошлась взглядом по двору, но не узнала ни единой детали.

Словно оказалась в совсем чужом месте.

— И что теперь? — вслух спросила она.

Показать больше

Похожие статьи

Проверьте также
Закрыть
Кнопка «Наверх»
Закрыть