Культура

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

В Художественном арсенале в Киеве состоялась мировая премьера археологической оперы «Чорнобильдорф»

Режиссерами постапокалиптического оперного театра стали композиторы формации NOVA OPERA Роман Григорьев и Илья Разумейко, известные по своим неожиданными и потрясающими художественными проэктам: опера-реквием «ИОВ», опера-антиутопия GAZ, футуристическая опера «Аерофония», опера-цирк «Вавилон».

На этот раз подряд в последний день октября и в первый день ноября в высоченными потолками одной из галерей Художественного Арсенала перед немногочисленных (через карантин) зрителями, рассажены амфитеатром, ожило и выдохлось человеческими / нечеловеческими голосами синтетическое кружево нашего будущего мира. Персонажи причудливого и величественного действа выжили после Апокалипсиса, но полностью потеряли историческую память.

Название «Чорнобильдорф» — сочетание топонимов Чернобыль и Цвентендорф (австрийский город, где в 1978 году должны были ввести в действие атомную станцию, однако из-за протестов экологов и национальный референдум ее так и не запустили, превратив в технологический музей 70-х лет).

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Это многоуровневый культурологический проект, который сочетает живую оперу, виртуальную реальность, антропологический музей и Институт исследования Чорнобильдорфськои культуры.

Семь магических новелл-размышлений об обществе, которое когда-то может родиться на обломках нашей цивилизации. Орфей и Эвридика в исполнении реального поэта Юрия Издрика и виртуальной (в данном случае) австрийской актрисы Анн Беннент, которая появляется в опере в виде аватара. Сочетание кино, хореографии, перформанса и оперного и древнеукраинского пения (в опере звучит одна из древнейших аутентичных песен времен Киевской Руси, под которую наши древние предки водили хороводы). На больших экранах — видеотрансляция, герои которой оживают на сцене.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

В проект вовлечены уникальный носитель чернобыльской традиции пения Алексей Заяц, актриса и певица Маша Штирбулова, солисты формации Nova Opera Анна Кирш, Марьяна Головко, Андрей Кошман, Руслан Кирш и Андрей Надольский, мультиинструменталист Игорь Завгородний, танцовщица Мария Потапенко.

«Все началось год назад — когда мы впервые попали в маленький городок Цвентендорф, где находится законсервированная атомная станция, которую я называю« непорочной », потому что она чистая, свежая, окрашенная», — рассказала мне о зарождении этого полистилистической художественного проекту его продюсер Ольга дятел.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Ольга Дятел / Фото: Фейсбук

Вот именно тогда, в том тихом месте в головах креативной художественной команды возникла идея поразмыслить над утопической цвентендорфською историей и историей нашего Чернобыля, и посмотреть на них в различных аспектах.

То есть, «Чорнобильдорф» не совсем о Чернобыле (как может показаться из названия), а скорее о видении будущего на примере этих утопической и антиутопической историй.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

«Это такая глобальная и очень масштабная работа, которая включает много параллельных процессов, начиная от антропологического музея и заканчивая виртуальной археологической оперой. Эта опера — кардинально не похожа на те, которые мы создавали ранее. Для оперы «ИОВ», например, мы препарировали рояль, а в постановке «Чорнобильдорф» мы препарируем даже музыку Баха. Он бы сам себя не узнал! У нас много обработанных и интегрированных музыкальных цитат из Баха, с Лысенко, с фольклорной аутентичной украинской музыки », пояснил композитор и режиссер проекту Роман Григорьев.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Роман Григорьев

«Для нас обоих (Григорива и Разумейко — ред.) — это режиссерский дебют. Как композиторы мы всегда работаем в тандеме, и это первая наша работа без режиссера. Трудно делать все, но у нас большая команда, без которой мы бы совершенно не справились.

Ясно, что через карантин существенно сократилось количество зрителей, но, как ни странно звучало, для творческой формации карантин сыграл фундаментальную роль в создании проекту. Все это время мы занимались творчеством, потому что отключились от привычной жизни, стали «асоциальными», но гипертворчимы », — признался в положительных, если можно так выразиться, моментах карантина Григоров.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

В постановке задействованы многие необычных инструментов: например, уникальное алгоритмическое фортепиано, созданное австрийским изобретателем Винфрид Ритчи, впервые представленное на Венецианской биеннале в 2004 году. Таких в мире всего семь. Также специально для проекту была создана постапокалиптическую ударную установку, на сцену вернулся струномобиль, что действовал в опере «Вавилон».

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Мультиинструменталист Игорь Завгородний играет на старинных и новейших музыкальных инструментах: цимбалах, гуслях, флейте, зурне и морин Хуур (двухструнном монгольском инструменте).

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Морин Хуур

«Мы используем микротональну бандуру, микротональни цимбалы, играем на них смычком, щипком и различными другими средствами. Еще есть гитара, аккордеоны, баяны, свирель — очень широкая палитра, в том числе и духовых инструментов. Впервые за все наши постановки опер мы не используем контрабас и виолончель. Мы используем всевозможные микроинструменты, потому что для нас важную роль играет способ звукоизвлечения — для этой оперы способы очень разные, начиная от катания колеса к звуку пружины », — рассказал композитор.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Помню, как солистка музыкальной формации «NOVA OPERA» хрупкая красавица с невероятным голосом — Марьяна Головко признавалась мне в прошлом году после премьеры оперы-антиутопии «GAZ», уже просто невозможно петь сильнее, выше, лучше и необычнее . Но, оказывается, все не так! Григоров и Разумейко придумали, куда оперным певцам двигаться дальше.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Марьяна Головко

— Как всегда, нам работалось интересно и местами непросто, — говорит после выступления Марьяна. — Это всегда вызов и мы (вокалисты) его принимаем, но потом должны реально тяжелые репетиции-поиски. Ибо невозможно сразу найти тот звук, который именно сейчас заложен в голове композитора, он слышит, который он себе надумал, а ты, как репродуктор, должен это воспроизвести!

— Пришлось углубиться в созданный ими чорнобильдорфський мир для того, чтобы найти те звуки?

— Гораздо легче превращать свое пение на пение будущих людей, когда ты немножечко представляешь себя человеком будущего. Человеком, который родился в новом мире, но мире, в котором еще не было песен, а был только голос. И этот голос может следовать эмоцией. А когда ты идешь по эмоцией, то получается — крик, стон, шипение, вздохи — очень разные звуковые воспроизведения. Но может получиться и пение.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Если ты не знаешь, как было до этого, то ты создаешь новое, а создавать новое интереснее, чем повторять или переделывать старое. Вот этим мы и занимались — пытались понять наших композиторов и обратиться к своим первоначальным состояний. Это очень интересный опыт прикоснуться к истории, которую ребята нашли у себя в сознании и увидели такой мир », — рассказала Марьяна Головко.

То, что опера «Чорнобильдорф» непривычная для зрителей, уже абсолютно понятно, а вот чем конкретно она непривычна для самых вокалистов, я расспросила у солиста, баритона Андрея Кошмана.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Андрей Кошман

Исполнители активно используют и горловое пение, а также технику, когда вы поете на вдохе, то есть не выдыхаете воздух, а наоборот, как пылесос затягиваете его в себя! И фактически вся ария построена на такой технике. Поэтому для вокалистов было над чем поработать.

Есть интересные моменты и с точки зрения гармонии, и с точки зрения драматургии — все эти телесности произведения, например. Ведь произведение — достаточно детализированный и тщательно выстроенный, но для рядового зрителя, наверное, не все будет понятно, если он не почитает либретто, рассказал оперный певец.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Кошман советует зрителям прочитать либретто перед тем, как смотреть «Чорнобильдорф», потому что это откроет гораздо больше смысловых слоев, к которым дойти самостоятельно, наверное, невозможно.

Одну из ролей в опере исполняет известный украинский поэт Юрий Издрик — он играет Орфея. «Мне нравится то, что эта роль одновременно и центральная, и эпизодическая. Очень короткий сценический время, что меня устраивает. В опере звучат мои стихи, написанные специально для австрийской актрисы Анн Беннент, она должна приехать, но, к сожалению, из-за карантина ничего не получается.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Юрий Издрик

А кроме того, монолог Орфея, который я буду объявлять, тоже пришлось написать самому. Мне предлагали читать что-то на итальянском языке, но поскольку я итальянский не знаю, то пришлось написать оригинальный монолог », — рассказал поэт.

Издрик вместе с «NOVA OPERA» — уже в 4-м проект. Говорит, что любит их безумно, потому что они гениальны.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

«Это такой очень странный пример не иерархического, а сетевого контакта, потому что они все солисты, все харизматы, все гении — здесь ни иерархии быть не может. Здесь — неистовое перетекание струй энергии, и находиться в этом поле — уже есть радость.

Я думаю, что они и собираются вместе для того, чтобы иметь возможность поиграть с музыкантами своего уровня, и в этой коллаборации всегда получается что-то неожиданное, неистовое. Собственно, монолог я написал после одной из репетиций, когда здесь сидел, слушал и меня накрыло этой вокальной волной », — говорит он.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Господин Издрык шутит, что формально его пригласили, потому что он чернобылец, ликвидатор, а опера — касательная к чернобыльских событий, но — не был бы он чернобыльцем, то все равно попал бы сюда. «Это все опыт. Мне интересно в этом участвовать, это круто, очень круто », — говорит художник.

— А до знакомства с «NOVA OPERA» у вас были отношения с музыкой, я вас, например, более поэта знаю?

— Я свою известность никак переоцениваю, она такая специфическая, но музыкой я всю жизнь занимался (смеется). Окончил музыкальную школу по классу виолончели. В институте играл в рок-группе на клавишах, и так всю жизнь преимущественно на клавишах — уже 10 лет существует хип-хоповая группа «DRUMТИАТР», я и Григорий Семенчук создали такой музыкально-поэтический проект.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Стараюсь везде успеть, вот сейчас еще снимаюсь в фильме Ирины Целик. Я и раньше эпизодически снимался, и в клипах каких-то, даже в каком-то фильме, который, кажется так до конца и не довели. Это какие-то эпизодические попадания в смежные виды искусства. Я во всех сферах, условно говоря (смеется).

— Ну, не умаляйте свою популярность!

— Это такая сетевая популярность, которая в своей «фейсбучний» пузырьке может еще затрагивает несколько десятков моих сторонников с ранних лет, кто еще помнит, что я прозу вообще-то писал.

Если брать какие-то формальные иерархии, то Жадан у нас номер один как был, так в последние годы и держится. Он — такой трибун, Чегевара украинской поэзии, он способен собирать стадионы.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Я постоянно должен подчеркивать, что не считаю свою поэзию поэзией высокого качества. Это нормальная, хорошо сделанная поэзия зрелого писателя, обладающего словом. Но если брать мои поэтические пристрастия, то бесспорно — я предпочитаю Жадану, Андруховичу, Калитко, Кати Бабкиной, Елене Крук. У нас есть чудесная украинская поэзия, в отличие от остальных видов искусства. Так что здесь есть с кем конкурировать.

— Роман Григорьев сказал, что карантин существенно повлиял на его творчество, в положительном смысле. А не задела вас «пандемическая кризис»?

— На меня это очень повлияло, просто прибило. Особенно в первые 2 месяца карантина — я просто не находил себе места. Потому что, как по мне — это пример Идиократия и краха мировых элит. То, что сейчас происходит в мире, у меня в голове не укладывается! Я, честно говоря, не ожидал, что доживу до такого. Вирус здесь ни при чем, он существует, ходит, ширится, и люди от него даже умирают. Но то, как реагирует на это наш так называемый глобальный мир, это просто катастрофа!

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

В начале этой истерии я даже говорил, что не хочу в это ваше будущее. Меня уже в коммунизм вели, теперь тоже ручное управление миром началось, я уже в этом насмотрелся хорошо …

— Есть знаковой появление оперы «Чорнобильдорф» именно в этот аномальный 2020?

— Ребята поставили перед собой на этот раз очень амбициозную задачу — это антиутопия или постапокалиптика. Это мир, который даже не строится, а по крупицам собирается из обломков старого мира, старой цивилизации, старой культуры.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Здесь еще нет ни музыки, ни слова, ни ритма. Все, что происходит в течение спектакля, это, по сути, поиски человеком каких-то лоскутков старой цивилизации и попытки с того слепить что-то новое. Фольк, который здесь звучит, — это совершенно хтонические энергии, в которых ощутимо то очень дикое, нечеловеческое, — говорит художник.

Стиль созданных для оперы костюмов Издрик назвал «антифутуристичний минималистичный етнокиберпанк» и сама их автор — художница Катя Маркуш абсолютно согласен с таким определением.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Катя Маркуш

Для создания образов она использовала куски дерева, металл, пластик, лен, полиэтилен, даже части музыкальных инструментов, в том числе в таком на сцену выйдет Орфей-Издрык.

— Катя, вам надо было одеть людей будущего, которые забыли свое прошлое. С чего вы начинали? От чего отталкивались, представляя их наряд?

— Прежде всего у ребят появилась идея фикс по применению электронных плат — как такой странный отголосок техногенного мира, который потеряли новые люди. В их памяти уже нет упоминаний, что это и зачем это было, поэтому они рассматривают плату как абсолютно новый объект и используют в очень странный способ — максимально декоративно! Они делают из нее фетиш, тотем — монтируют в головные уборы, вживляют в етносорочкы на места, которые когда-то люди украшали вышивкой. У этой платы «танцуют» очень много танцев, она даже вмонтирована в удивительный иконостас.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

(Кстати, добавлю, что электронные платы, кроме перечисленного декоративного применения, участвуют и в создании музыки — точнее в звукоизвлечении — создают дополнительные вибрационные волны).

Маркуш рассказала, что, в частности, много времени ушло на создание главного атрибута божественности — антифутуристични шлемы-короны из металла и микросхемных плат.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

А головной убор чорнобильдорфськои женщины изготовлено из фортепианных клавиш. (Это именно те клавиши, которые уцелели из оперы GAZ, где исполнители, изображая конец системы, вдребезги разбили фортепиано!).

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

То есть, герои используют материалы, которые находят на «обломках цивилизации», материалы, которые когда-то были сверхважные, продуцировались в бесконечном количестве, а сейчас используются людьми, которые пришли на эту территорию, по-своему, — продолжила рассказывать художница.

— А почему вы надели мужчин в платье?

— Здесь прямая отсылка к древнегреческому театру. Он и в базисе же оперы и фрагментарно появляется все время — начиная от рассадки зрителей амфитеатром и к моментам, когда мы видим мужчин, одетых как женщин.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Солисты Новой Оперы также выполняют свои арии в барочных платьях, и это прямая отсылка к греческому театру.

Но есть еще один момент в отношении мужчин в женской одежде — чорнобильдорфци преподносят и воспевают власть женщины и ее тоталитарную матриархатный могущество. Поэтому, когда мы наблюдаем сцену свадьбы, то видим, что он одет точно так же, как она.

Женщины у нас верховные божества — здесь есть две богини Электра и Урания, которые символизируют энергию женской матриархальной силы, — говорит художница.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Внешний вид богинь (Кристина Слободянюк и Мария Потапенко) — это перетекание он одного образа к другому, не является константой, а очень органично вливается в сюжеты новелл и становится их неотъемлемой частью, при этом лишь одним элементом изменяя (дополняя) свой образ . На самом деле, их природный костюм — это обнаженное тело. В видео мы видим фрагменты, где они работают абсолютно голыми, из одежды — только шлемы-короны как символ их божественности. Затем они добавляют по одному элементу одежды и в завершении оперы перед нами — уже совсем другой, трансформированный образ.

Так же и солисты Новой Оперы, отработав часть драмы, с абсолютного пафоса и барочных пышных золотых нарядов переодеваются в кардинально противоположные — черные рясы.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Маркуш не только сделала костюмы для чорнобильдорфцив, а также и автором сценографии. Восторженно говорит, что по подходам, работе с материалом и людьми — это самые безумные, в чем она участвовала.

Актриса и певица Маша Штирбулова вовлечена в опере всеми своими талантами: часть ее работы касается аутентичного фольклорного пения, который очень интересно и правильно лег в этой опере, другая часть — актерское — она играет в нескольких новеллах, в том числе и в упомянутой новелле о свадьбе .

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

И у нее есть еще один образ — маленькая девочка с аккордеоном.

«Эта новелла довольно простая и человеческая, знакомая всем, но надеюсь, что этим она и трогательная. Моя героиня — девочка, которая в этом постсуспильства не может найти кого-то, кто говорит на ее языке. Она сама не до конца понимает, она говорит странными звуками на каких высоких частотах и в конце концов она встречает человека, который обладает удивительным инструмент — и они нашли общий язык.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Сюда же вплетается украинская давняя песня, как бэкграунд, который остался на подсознании даже после многочисленных катастроф.

Эта новелла завершается тем, что парень, с которым они встретились, исчезает. Это был бы сон, звучит музыка Баха, является аккордеон и маленькая девочка, вот так-то … », — рассказала Штирбулова.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Маричка Штирбулова

«У меня на днях появилось такое ощущение, что какая-то особенная в этом есть краска, в том, что она выпускается именно этого 2020-го года.

Я репетировала и думала: это так странно, полгода назад я сидела в квартире и вообще не ясно было — придется выйти на сцену и когда. И хотя сама идея оперы «Чорнобильдорф» возникла еще задолго до карантина, мне кажется — очень правильно, что она сейчас получается. Это как фон, чувства и тревоги, мне кажется, сейчас оно присутствует, и нам есть над чем подумать », — делится самобытная актриса.

Проект создан при поддержке Украинского культурного фонда и Европейского Союза по программе «Дом Европы». Соорганизатор — Художественный арсенал.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Общий бюджет составил около 2 миллионов гривен. Это как и большие деньги, но — это год работы команды, примерно 50 человек, и, по словам продюсера Ольги Дятел, эти средства полноценно не оплачивают ту абсолютную вовлеченность, которую они все вложили в проект.

— Возможно «отбить» заложены средства? — спрашиваю.

— Чтобы «отбить» это — надо делать очень дорогие билеты, а покупательная способность у нас такая, какая есть … Если посмотреть на зарубежные театры, то они либо финансируются государством, или имеют перечень филантропов, которые постоянно инвестируют в них. Таким культурным продуктам самим по себе трудно быть окупаемыми.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

— В таком случае, какова дальнейшая судьба оперы? Два дня показали, а потом что?

— «Чорнобильдорф» — это не только опера, это целый мир, который формировался, начиная от археологических экспедиций, создание страницы в Фейсбуке (постепенно рассказывала концепцию и содержала отдельные фрагменты), создание чорнобильдорфського музея, и заканчивая оперой. Видео, которые мы снимали в экспедициях в Чернобыльской зоне, на Каховском водохранилище, вблизи Кривого Рога, вошли в спектакль и дальше существовать в виртуальной реальности на сайте.

«Чорнобильдорф» имеет не репертуарный формат, а есть художественным актом, поэтому в подобных культурных продуктов — несколько сценариев существования: или он показывается единовременно (такое тоже бывает), или дальше путешествует украинскими и международными фестивалями, — рассказала мне продюсер.

Электронные платы, оперное пение и Орфей-Издрик

Боюсь загадывать, но судьба новой оперы, наверное, будет богатой путешествия по миру — теперь известно, что в 2022 году ее покажут в Вене, также необычным археологическим проектом уже заинтересовались в Роттердаме и в Венеции.

А уже в ближайшие дни зрители, которые не были в Художественном арсенале на премьере (и им сложно представить — о чем я здесь так долго и восторженно пишу), смогут увидеть видеоверсию «Чорнобильдорфу» и окунуться в отдельный мир, где переплетены реальность и образ того, как эту реальность смогут для себя объяснить и реконструировать те, кто придет после нас. Ответов не ждите, у каждого они будут свои.

Любовь Базив. Киев

Теги
Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Кнопка «Наверх»
Закрыть