Уши, прибитые к столбу. О кнопкодавство и присягу

By 03.02.2016Политика

Вуха, прибиті до стовпа. Про кнопкодавство і присягу

Артем Сытник, председатель НАБУ, разводит руками: использование чужой карточки для голосования в ВР «не является служебной подделкой»

…У нее были глаза Сигурни Уивер, которая идет в логово «чужих». Короткий кивок запитальному точки зрения мужчины, медальный профиль лица, неспешное, под клаксоны системы «Рада», нажатия кнопок за соседей-депутатов. Одной, второй, третьей, четвертой…

Первое место в номинации «Кнопкодав года-2015».

Она не извинялась. Не объясняла, как ее соратник по Майдану, которая кнопкодавила за законопроект про электромобили, что «это в интересах государства и протест против «истерии». Не доказывала, как другой ее коллега-кнопкодав, «король Тендерной палаты», что все сделал правильно. Если бы не я, не было бы безвизового режима». Не спешила с докладом «разводящему», как докладывал ее мужу депутат-оппозиционер о нужное количество собранных голосов – и мужчина заразительно смеялся (как говорят в рекламе: «вот оно – настоящее мужское счастье»). Она всего этого не делала…

Она была спокойна и упряма. Как человек, несущий свой крест.

Это видео на Youtube можно смотреть часами. Как на пламя свечи или течение реки. Легкий кивок, легкий румянец на щеках, бесцельное копание в сумочке и решительные движения в апофеозе. Под камерами СМИ и пристальными взглядами тех, кто скажет ей потом все, что о ней думает. Жанна Дарк? Зоя Космодемьянская, которая поджигала деревни, чтобы гитлеровцам негде было стать на постой?

Это плохо – это убивает твое доброе имя, убивает доверие к тебе, опускает тебя от венца творения до стадного животного… Но так надо – ради государства, ради страны и ради нашего пути в Европу – пожертвовать собой.

Такое себе моральное шахідство.

Разговор о «ложь во благо» можно начинать с любого примера – их тысячи. Кнопкодавство – просто одна из самых публичных форм. И все это намного тоньше, чем ложь коррупционера или диффамация вражеской пропаганды.

Ложь во благо – это такая штука, что на нее имеют право только самые достойные.

Внук, который поставил крестик в бюллетене за сліпеньку бабушку, рискует загреметь в тюрьму на 3-7 лет (Ст. 158-1 УК). А депутат, за которого ставился крестик, может голосовать за других, сколько душа пожелает, и останется неуязвимым. Или орден получит.

Артем Сытник, наша надежда, председатель Национального антикоррупционного бюро разводит руками: «использование чужой карты не является служебной подделкой».

Вуха, прибиті до стовпа. Про кнопкодавство і присягу
Депутаты

Но дело не только в кнопкодавах. Врут и те, на чьи кнопки «давят». Они врут, что находятся в зале, что заняты государственными делами, а не нежатся на солнышке в далеком зарубежье. Врут председатель и члены регламентного комитета, не замечая того, что «не является подделкой». Врет президиум и спикер, давая «добро» продавленный кнопкодавами законами.

И делают это те, кто во времена Януковича придумал именно погоняло «кнопкодавы» и фанатично боролся с этой скверной. Или она не такая уж и скверна, когда речь идет о «реформах», «Европу», «окончание войны» и другие прогрессивные фишки?

«Алгебра совести» – в книге с таким названием советский, а позже американский психолог Владимир Лефевр описал, чем отличается совковая мораль от западной. Первая предполагает использование зла для достижения добра, вторая – нет. В первой системе ценностей – оболгать «плохого» человека, чтобы наказать за зло, или дать ложные показания на суде в пользу «патриота» – это высокоморальный поступок. Во второй – аморальный.

Использовать маленькую ложь для достижения «великой правды» – это, друзья, чисто путинский дискурс. В нем человек, что преступила закон во имя «великой правды», – герой. А тот, кто не согласился с ней ради закона, – трус и предатель.

Конечно, жить совсем без лжи невозможно. Для дипломатов, врачей и стюардесс – это часть профессии. Как, безусловно, и для политиков. Во время выборов не соврешь – не победишь. Но чтобы общество не погрязло в сплошном обмане, должна быть зона, недоступная для лжи. Даже лжи во благо. Должна быть Зона абсолютной правды.

Читайте также: Математическое зло. Почему Обама носится с Путиным, а Путин с бомбой…

В западной цивилизации есть такое понятие, как «ложь под присягой». Помните, кладут правую руку на Библию, а левую на сердце и произносят: «Клянусь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды»? При этом не обязательно это должно происходить в суде, главное – в присутствии судьи. Этот судья в случае нарушения присяги и обязан возбудить уголовное дело.

Ложь под присягой – это уже не милый обман, а клятвопреступление. С давних времен наказывали за него строго. В Британии в 16 веке виновного выводили на площадь и прибивали за уши к позорному столбу. Сейчас до такого не доводят, но пять лет тюрьмы могут впаять. Во Франции и на Кипре – семь, в Швеции – 8. В США за ложь под присягой можно получить 4 года, даже если немножко злукавиш.

Вуха, прибиті до стовпа. Про кнопкодавство і присягу

Но наши депутаты тоже находятся под присягой! Ну, по меньшей мере повторяли его вслух в сессионном зале ВР. И президент. И судьи. И прокуроры. В Законе Украины «О государственной службе» есть текст присяги госслужащего. Правда, в одном из этих текстов нет слов о недопустимости лжи. Как нет в них запрета обогащаться за счет страны, продаваться врагу, уклоняться от мобилизации и тому подобное. Постеснялись вставить? Мол, и так ясно, что врать плохо. А не понятно! Ведь слова «благо Отечества», «интересы соотечественников» и «благосостояние народа» каждый понимает по-своему.

И все же в текстах присяг есть одна ключевая фраза: «клянусь соблюдать законы». А значит, нажимая кнопку за другой, депутат нарушает собственную клятву – не идти против закона. К сожалению, уголовная ответственность за нарушение присяги реально у нас наступает только в отношении военнослужащих. Депутаты, судьи, президент – неприкасаемые, и их даже уволить за клятвопреступление нельзя.

А надо, чтобы было можно. Повторять слова присяги все государственные чиновники обязаны в присутствии специального судьи, которого обязать отслеживать клятвопреступников и заводить на них уголовное производство. И, конечно же, надо включить в текст присяги пункты о недопустимости лжи, дезертирства, вымогательства и взяточничества. Конкретные и всем понятные – как заповеди. И последствия за их невыполнение прописать в соответствующем Законе – «Об ответственности за ложь под присягой».

Не всякая ложь социально опасна. Есть «белая ложь», для недопущения в обществе депрессии и паники. Есть «военная хитрость». Есть дипломатия. Есть, вообще, ошибки и оговорки. Как быть с этим? Следовательно, нужен еще один Закон – «О допустимости лжи», в котором оговорить все вышеизложенные исключения. Дико? Ну, у нас, похоже, по-другому нельзя.

Трудно будет выполнять? А жить не за ложью всегда трудно.

Тоталитарное общество ложью цементируется – не зная правды, народ безоговорочно доверяет вождям. Демократическое общество от лжи погибает. Получив от демократии возможность наблюдать за вами, братья-политики, в прямом эфире и, видя все ваше лукавство, неужели мы не будем поступать так же?

Изуродованные осколками вашего самоубийственного шахідства, мы тоже будем врать публично и отчаянно, выкручиваться и лжесвідчити в суде, клеветать и совершать подлог. Разве не вы, политики, вручаете нам моральную индульгенцию на все это? Вы врете ради высокой цели? Но у каждого из нас она тоже есть – заветная и высокая. И чем докажете, что она недостойніша по вашему? Свято веря в способность зла быть инструментом добра, кого вы убедите своими призывами к честности? Кого расшевелите вербальным морализаторством? Кого?

Евгений Якунов, Виктор Мішковський. Киев.